Франклин, хотя и в преклонном возрасте, Без посторонней помощи приходит в состояние возбуждения И проворно берется за дело, Когда его приглашает к этому молодое тело[250].
Современные избирательные кампании часто критикуют за чрезмерное использование негативной информации, а современную прессу обвиняют в грубости и непристойности. Но сегодня самые грубые взаимные нападки политических противников бледнеют в сравнении с памфлетами, распространявшимися перед выборами в Ассамблею в 1764 году. Пенсильвания пережила эту кампанию, как пережил ее и Франклин, а американская демократия узнала, что может процветать в условиях неограничиваемой и даже чрезмерной свободы выражений. Как показали выборы 1764 года, американская демократия построена на фундаменте неограниченной свободы слова. В последующие века процветающими нациями становились те, которые, подобно Америке, комфортно чувствовали себя в условиях самой острой внутриполитической полемики.
День выборов был таким же безумным, как и памфлеты претендентов. Множество избирателей толпилось 1 октября на ступеньках здания законодательного органа Пенсильвании, очередь желающих проголосовать не убывала и после полуночи. Сторонники Франклина смогли добиться, чтобы избирательные участки работали до рассвета, и они будили каждого, кто, как им было известно, еще не проголосовал. Это стало тактической ошибкой. Партия владельцев колоний направила своих агитаторов даже в Джермантаун, чтобы заполучить еще больше голосов. Франклин финишировал тринадцатым из четырнадцати претендентов на восемь мест от Филадельфии.
Однако его фракция сохранила контроль над Ассамблеей, которая быстро проголосовала за направление британскому кабинету петиции против партии владельцев. А в качестве утешительного приза, который, возможно, оказался еще приятнее победы на выборах, она проголосовала (девятнадцать «за» и одиннадцать «против») за то, чтобы отправить Франклина в Англию в качестве своего дипломатического представителя.
Это решение вызвало новый шквал памфлетов. Дикинсон заявил, что Франклин не сможет работать эффективно, потому что его ненавидят Пенны, презирают королевские министры и считают «крайне неприятным человеком очень многие серьезные и уважаемые жители» Пенсильвании. Главный судья Аллен назвал его «самой непопулярной и одиозной личностью в провинции… он постоянно испытывает приступы ярости, разочарования и злобы». Но теперь, когда Франклин должен был снова отправиться в Англию, к нему начала возвращаться уравновешенность. «Теперь я должен покинуть (возможно, навсегда) страну, которую люблю, — писал он. — Желаю всяческого процветания моим друзьям и прощаю врагов»[251].
И вновь его жена отказалась ехать. Не позволила она и взять с собой их дочь. Так почему же он так хотел покинуть дом? Отчасти потому, что скучал по Лондону, а отчасти потому, что чувствовал себя в Филадельфии стесненным и подавленным.
Но имелась и более высокая цель. Франклин разрабатывал концепцию будущего Америки, которая не ограничивалась только высвобождением Пенсильвании из-под власти партии владельцев. В соответствии с планом, подготовленным для конференции в Олбани, предполагались более широкий союз колоний и более равноправные отношения между колониями и метрополией в рамках увеличившейся в размерах Британской империи. Такие отношения могли бы предусматривать, полагал он, представительство колоний в британском парламенте. Отвечая на опасение, что Британия может обложить колонии налогами, он предложил Ричарду Джексону, которого оставил после себя в Лондоне как представителя Пенсильвании, возможный ответ Америке: «Если вы хотите ввести для нас налоги, то обеспечьте нам представительство в вашей легислатуре, и давайте станем одним народом».
Перед отъездом в Англию в ноябре 1764 года Франклин написал письмо дочери. Оно содержало родительское наставление «быть заботливой и нежной к твоей доброй маме», а также типичные для Франклина советы, такие как «приобретать полезные знания в арифметике и бухгалтерском учете». Но в нем было также и более серьезное указание. «У меня много врагов, — предупреждал он. — Малейшую твою неосторожность они будут представлять как преступление, чтобы серьезнее ранить меня и причинить мне страдание. Следовательно, тебе как никогда необходимо быть крайне осмотрительной во всех твоих поступках, чтобы не дать козырей в руки моим недоброжелателям».
